Дарья Кутузова

практика внимательности и нарративная практика

Мне в последнее время особенно остро интересно, как могут сочетаться практика внимательности (mindfulness) и нарративная практика. Поэтому я попросила Иэна Перси, австралийского специалиста именно в этом пересечении подходов, прислать что-нибудь почитать. Он прислал свою статью и кучу дополнительных материалов. Статью я прочитала, паралелльно, как водится, записывая конспект. Который и предлагаю вашему вниманию.



Collapse )
Дарья Кутузова

что такое хороший вопрос

Каждый человек в тот или иной момент своей жизни оказывается «в тупике». И именно хороший вопрос может вывести его из тупика, помочь взглянуть на ситуацию свежим взглядом, открыть дополнительные возможности, найти решение. Умение задавать хорошие вопросы (другим людям и самому себе) можно развить, это не очень сложно, зато чрезвычайно увлекательно. В нарративной практике хорошие вопросы – это один из основных инструментов, помогающих людям становиться такими, какими они хотели бы быть, освобождаться от влияния проблем и жить предпочитаемой жизнью.

Я приглашаю вас на онлайн-семинар «Что такое хороший вопрос (в нарративной практике)».

Участники семинара получат возможность:
- освоить необходимые знания и навыки задавания хороших вопросов
- получить непосредственную обратную связь о качестве своих вопросов и возможности их улучшения
- поработать со значимой для себя темой, имеющей отношение к предпочитаемой истории, взглянуть на нее с разных сторон, увидеть новые возможности
Collapse )

На кого рассчитан этот семинар
Этот семинар рассчитан на людей, интересующихся нарративной практикой.
Единственное требование к участникам – прочитать «Карты нарративной практики» Майкла Уайта. Любой другой опыт обучения и практики в нарративном подходе приветствуется, но не является необходимым.
Этот курс – особый шанс для тех, кто живет далеко от основных центров обучения нарративной практике и не имеет контактов с нарративным сообществом. Этот курс также может быть интересен тем, кто не считает себя терапевтом, но хочет научиться задавать вопросы, открывающие новые возможности развития – другим и себе.

Collapse )
.
Collapse )
Дарья Кутузова

Деконструкция evidence-based practice

конспект статьи J. Christopher Hall в журнале Families in Society

http://www.taosinstitute.net/Websites/taos/Images/ResourcesManuscripts/Hall-08%20A%20practitioner%27s%20application%20and%20deconstruction%20of%20EBP.pdf

Что такое evidence-based practice? Важно различать лежащие в ее основе ценности и идеалы, с одной стороны, и методы реализации этих ценностей, с другой. С ценностями и идеалами автор статьи не спорит: он согласен, что хорошо и ответственно предлагать клиентам работающие методы решения их проблем.

Не является ли отнесение клиентов к конкретным демографическим категориям и классификация проблем - чрезмерным упрощением? Хотя такая "четкость" дает уверенность, тем самым она при этом маргинализует голоса клиентов и закрывает возможности для различных направлений беседы.

Возможно ли работать по "мануалу" в нарративной практике? Как при этом будут реализовываться сотрудничающие отношения с людьми, обратившимися за помощью?

EBP предлагает социальным работникам следующую последовательность действий:

1) отнести клиента к той или иной демографической категории
2) классифицировать проблему клиента
3) найти в литературе информацию о наиболее эффективных способах решения данной проблемы представителями данной демографической категории (желательно - на основе исследований на рандомизированной выборке)
4) проинформировать клиента о наиболее эффективных известных способах решения данной проблемы
5) совместно с клиентом принять решение о стратегии работы

Критикуют EBP за то, что она навязывает клиентам свое определение проблем и не принимает во внимание их теории изменений. При этом дается описание человека через "дефициты" и проблемы, и проблемы рассматриваются как "внутренние", тем самым люди оказываются отстраненными от политической активности, которая могла бы изменить социальные ситуации, поддерживающие проблему.

Collapse )
Дарья Кутузова

Пятый навык высокоэффективных проблем

Пятый навык высокоэффективных проблем: внутренние споры/ссоры/склоки


из статьи Стивена Мэдигэна http://www.narrativeapproaches.com/narrative%20papers%20folder/habits%20paper.pdf

Привычка спорить с самим собой включает в себя речевые акты обоснования суждения и обоснования контр-суждения, которые со временем приводят к ослаблению доверия себе, самоподдержки и уверенности в себе. Исследования, проведенные Ванкуверской Лигой Анти-анорексии и Анти-булимии, показали, каким образом в кошмарной сфере нарушений пищевого поведения подобные внутренние споры приобретают поистине катастрофические масштабы (см. Grieves, 1998; Madigan & Epston, 1996; Madigan & Goldner, 1998). К примеру, ежедневная доза внутренних дебатов характерна для людей, имеющих дело с беспощадными нападениями на них нарушений пищевого поведения. Внутреннее ссоры, споры и склоки могут касаться подсчета калорий, количества отжиманий, приседаний и прочих физических упражнений, надзора за телом. Мои тысяча подъемов из положения лежа на спине в положение сидя - это успех, проявление лени, повод гордиться или чувствовать вину? Или мне нужно делать не тысячу в день, а полторы? (Обратите внимание на иллюзию выбора.)

Когда внутри практически любая тема яростно обсуждается со всех сторон, с рассмотрением всех "надо" и "не надо", практически не остается времени для того, чтобы разум мог быть в покое. Члены Лиги Анти-анорексии и Анти-булимии сообщают, что старание придерживаться "правильного"  может стать "очень тяжелой работой". Они объясняют, что даже после того, как решение уже принято, начинаются внутренние дебаты, является ли оно правильным! И так по кругу, до бесконечности. Подобные внутренние разговоры захватывают такой большой объем переживания, что на восприятие и переживание чего-либо другого практически не остается ресурса и пространства.

Есть и другие примеры.
Collapse )
Дарья Кутузова

"Сопротивление клиента" в нарративной терапии

Понятию "сопротивление в терапии" посвящена пятая глава книги Майкла Уайта "Нарративная практика: разговор продолжается", вышедшей в 2011 в издательстве "Norton" (стр.77-83). Ниже я перескажу идеи Уайта из этой главы.

Майкл Уайт утверждает, что словом "сопротивление" обозначаются разные феномены, которые можно разделить на две большие группы.
Collapse )
Дарья Кутузова

Четвертый навык высокоэффективных проблем

по статье Стивена Мэдигэна http://www.narrativeapproaches.com/narrative%20papers%20folder/habits%20paper.pdf

Негативное воображение + враждебное сравнение

Плохое отношение человека к себе захватывает всю его жизнь за счет того, что собирает в настоящем и прошлом только негативную информацию, вписывающуюся в рамки, заданные проблемой (Bateson, 1979). Далее оно предсказывает, что в будущем будет только "больше того же самого". Создается бедное описание человека и его опыта, вне которого остаются переживания преодоления, любви и сопричастности. Негативное воображение постоянно транслирует человеку сценарий наихудшего возможного развития событий.

Плохое отношение человека к себе подпитывает оскорбляющее несправедливостью, враждебное к человеку сравнение, потому что человек в его свете всегда оказывается "хуже", "второго сорта". Вне зависимости от того, что происходит и о чем идет речь, человек остается с чувством, что он "не дотягивает" до обозначенных стандартов. Этой привычке часто сопутствует и поддерживает ее тирания совершенства и безрезультатный подвижнический путь к его достижению.

Эту привычку очень трудно остановить, раз запустившись, она движется стремительно. "Я смотрю на родинку у себя на руке и вдруг уже думаю о том, кто придет на мои похороны; супруга опаздывает к ужину - я уже представляю ее в мотеле с соседом; ребенок ясельного возраста скандалит - он никогда не поступит в университет; коллега на меня как-то не так посмотрел - как пить дать, к вечеру меня уволят". Негативное воображение не приемлет полумер и полутонов, оно моментально разгоняется до максимальной скорости.

Люди, в жизни которых присутствует враждебное сравнение, могут верить, что фотография фотомодели в журнале мод считает их жирными; соседская собака ни в жизнь не захотела бы иметь настолько ленивого хозяина; все встреченные незнакомцы презирают их.

Вот какие вопросы можно использовать, чтобы рассмотреть контекст существования негативного воображения и враждебного сравнения:


Collapse )
Дарья Кутузова

Третий навык высокоэффективных проблем

Из статьи Стивена Мэдигэна http://www.narrativeapproaches.com/narrative%20papers%20folder/habits%20paper.pdf

Нарастающий страх

Этот навык высокоэффективных проблем "привлекает к работе" наши самые большие страхи, связанные с оторванностью от других людей, одиночеством и сомнением в себе. В результате получается "фильм ужасов" из наших самых пугающих кошмаров (прошлых, настоящих и будущих). В результате страх блокирует возможность по-новому взглянуть на ситуацию и пресекает все попытки движения к свободе. Этот нарастающий страх отличается от обоснованного страха. Когда мы признаем наличие обоснованного страха, мы очень часто после этого строим план, как обеспечить себе безопасность. Нарастающий страх не ведет к такому конструктивному поведению.

Нарастающий страх запускает порочный круг внутреннего диалога, в котором много иррациональных преувеличений, и этот внутренний диалог может стать ядром "снежного кома" негативных внешних и внутренних последствий. При этом очень многие доминирующие дискурсы поддерживают подобный внутренний диалог и нарастающий страх. Вселение страха уже очень давно использовалось как средство убеждения в ходе пропаганды.  Мэдигэн упоминает о том, что в Канаде самый распространенный страх - это страх публичных выступлений, и подчеркивает, что без влияния доминирующих дискурсов такое не могло бы случиться.

Мэдигэн предлагает задать себе по поводу страха следующие вопросы:


Collapse )
Дарья Кутузова

Второй навык высокоэффективных проблем: отказ в праве быть

из статьи Стивена Мэдигэна "Восемь навыков высокоэффективных проблем"

http://www.narrativeapproaches.com/narrative%20papers%20folder/habits%20paper.pdf

Отказ в праве быть

Мэдигэн выделил этот навык высокоэффективных проблем, изучая работы Мишеля Фуко, беседуя с Майклом Уайтом, и в особенности - обсуждая с коллегой, Викки Рейнольдс, ее опыт работы с людьми, пережившими пытки и находящимися в лагере для беженцев. Мэдигэн размещает "отказ в праве быть" (illegitimacy) в более широком контексте аномии и социальной изоляции. Также на Мэдигэна повлияли идеи Дэвида Эпстона о том, "кто обладает правами на рассказывание проблемной истории". Когда проблемы вместе со специалистами подвергают сомнению права человека (в частности, его право быть (быть здеть, быть таким, какой он есть)), у человека может возникнуть переживание, что он "стоит меньше, чем ничего". Люди могут начать чувствовать себя беженцами в своей собственной жизни, оторванными от любви и контакта с другими людьми, они нигде не чувствуют себя своими, нигде не чувствуют себя в безопасности. В таком случае люди могут чувствовать, что их в их собственной жизни нет, или что они в свою жизнь проникли, как самозванцы.

Для исследования контекста этого переживания, Мэдигэн предлагает задать следующие вопросы:


Collapse )
Дарья Кутузова

Первый навык высокоэффективных проблем

Пересказ статьи Стивена Мэдигэна "Восемь навыков высокоэффективных проблем"

http://www.narrativeapproaches.com/narrative%20papers%20folder/habits%20paper.pdf

Навык первый: надзор за собой/ориентация на критически настроенную аудиторию

Каждый человек в современной культуре постоянно сравнивает себя с различными нормами и эталонами, надзирает за собой, обнаруживает, что "не дотягивает", и пытается "приводить себя в соответствие". Проблемы всегда это используют. Они привязывают к этому еще и нашу постоянную "оглядку" на мнение других людей, когда мы ищем подтверждения тому, кем хотели бы себя считать. Проблемы используют нашу ориентированность на других, "подсовывая" и "отфильтровывая" для нас в качестве убедительных высказываний авторитетных лиц слова и поступки тех, кто нас не любит и даже желает нам зла. Таким образом, проблема создает систему негативных проекций на других людей, заставляя нас ожидать от них критики, интерпретировать все их высказывания как прямую или закамуфлированную негативную оценку.


Collapse )

Дарья Кутузова

"Восемь навыков высокоэффективных проблем": введение

пересказ фрагмента статьи Стивена Мэдигэна http://www.narrativeapproaches.com/narrative%20papers%20folder/habits%20paper.pdf

Любой человек, если его попросить, может воспроизвести, как с ним разговаривает интернализованный голос вины, перфекционизма или нарастающего страха. И то, что они говорят, звучит достаточно убедительно, преувеличивает проблемы и лишает человека сил. При этом, если человека спросить, как давно в его голове звучат такие голоса, вполне может оказаться, что они звучат там всю жизнь.

Откуда же они берутся и как же они становятся настолько влиятельными? Пробовали ли вы проследить это? Задумывались ли вы о том, что у таких разных клиентов эти лишающие сил внутренние голоса говорят примерно одно и то же? Приемы и стратегии, которые используют эти внутренние голоса, служат поддержкой для таких проблем, как депрессия, анорексия, панические атаки, насильственное поведение и пр. Внутренние разговоры с собой и с интернализованными другими помогают нам определить для себя, "нормальны" ли мы, "вписываемся" ли, соответствуем ли требованиям внешнего мира.

Для примера в статье Мэдигэн рассматривает восемь таких стратегий, которые он обозначает как "восемь навыков высокоэффективных проблем". (Этот список, конечно, не исчерпывающий.)


Collapse )